Михаил Зыгарь Livres

"Charting the transformation of Vladimir Putin from a passionate fan of the West and a liberal reformer into a hurt and introverted outcast, All the Kremlin's Men is a historical detective story, full of intrigue and conspiracy. This is the story of the political battles that have taken place in the court of Vladimir Putin since his rise to power, and a chronicle of friendship and hatred between the Russian leader and his foreign partners and opponents..."--

Газпрома, его газа и труб так сильно боятся, Газпромом, его газом и трубами так восхищаются, что, кажется, и времени уже не остается, чтобы взглянуть -- а как Газпром устроен? Что это -- механизм или организм? В каком состоянии сейчас это мощное русское оружие, которое ковали Берия и Хрущев, которым учились пользоваться Брежнев и Косыгин и которое Черномырдин и Вяхирев передали в руки Путину? Действительно оно опасно или, может, проржавело? Наконец, можно ли попытаться его разобрать, чтобы получить ответы на эти вопросы? Книга про Газпром получилась книгой про Россию. Мы смотрели на страну через извилистую газпромовскую трубу и понимали, что если бы эта труба на каком-то участке своей истории повернула бы иначе, страна была бы другой.

From heroic dissident journalist Mikhail Zygar, a journey into the myths and fantasies that led Russia to violence in Ukraine

Это расширенное и дополненное издание книги о войнах, революциях и переворотах, о страшном и смешном, о жизни и смерти. Но прежде всего эта книга о людях, которые оказываются вольными или неволь - ными свидетелями и участни ками кризисных и часто судьбоносных событий. Одним из таких свидетелей несколько лет подряд оказывал ся журналист Михаил Зыгарь. Он проник в узбекский город Андижан сразу после подавления произошедшего там мятежа. Побывал в Ираке и познакомился с жерт вами идущей там войны. Но главное, куда бы ни попадал репортер Зыгарь, он всякий раз обнаруживал, что войны и революции – вовсе не то, чем они кажутся. А жизнь и смерть отдалены друг от друга всего на шаг или того меньше, как, впрочем, и ужасное – от смешного, мир – от кризиса, а реальность – от мифа.